Размер шрифта: Стандартный Средний Большой Контраст: Белый Черный
 

Польские граждане в Орске

четверг, 17 Декабря, 2015 года

Темы статьи: Краеведение

Польская диаспора в Орске, возникшая в годы 2-й мировой войны, начала формироваться  осенью – зимой 1939 г. из граждан, оказавшихся в восточных воеводствах, включённых в состав Советского Союза и вывезенных затем вглубь СССР. В число областей, предназначенных для расселения «бывших польских граждан» (по терминологии официальных советских документов), вошла и Чкаловская (ныне Оренбургская) область. Чкаловским областным исполнительным комитетом 31 декабря 1939 г. было принято закрытое  постановление по размещению семей переселенцев-беженцев из Польши по совхозам. Орск в этих списках не упоминается. Тем не менее, в городе также появились выходцы из Польши. Среди прибывших была семья Кантор из Лодзи. По свидетельству Е. Кантор, после начала боевых действий семья выехала в Белосток, а оттуда в октябре 1939 г. с эшелоном таких же иммигрантов прибыла в Орск. Поляков в нём было мало, в основном, евреи. В Орске Е. Кантор несколько месяцев училась на курсах русского языка, а в 1940 г. устроилась на работу в одно из предприятий города. Сначала была станочницей, а в годы Великой Отечественной войны, когда мужчины ушли на фронт, стала мастером1.

В 1939 г. в Орске оказалась и семья Матыса Гебера.  По воспоминаниям его сына, которому  тогда было 4 года, семья бежала из Польши в СССР. Вскоре отца арестовали и выслали в Сибирь, а мать осталась с двумя малолетними детьми2. Действительно, М. Гебер стал жертвой политических репрессий: он был арестован, осуждён 30 декабря 1940 г.  внесудебным органом - Особым совещанием при НКВД – и приговорён к 8 годам заключения в исправительно-трудовом лагере. В 1989 г. он был реабилитирован3.

По свидетельствам орчан, прибывших в 1939 -1940 гг. польских граждан подселяли в коммунальные квартиры и бараки  в разных частях города. Это не было каким-то ущемлением, в Орске в таких сложных жилищных  условиях находилась большая часть населения. В 1930-е гг. в городе бурно развивалась промышленность. Население к 1939 г. увеличилось по сравнению с 1926 г. почти в 5 раз (с 13591 чел. до 66345 чел.)4. Вокруг строящихся предприятий в 1930-е гг. выросли жилые посёлки, состоявшие, по большей части, из бараков, которые рассматривались как временное жильё строителей. В 1936 г. обеспеченность жильём в Орске в среднем составляла 3,12 кв. м на человека5. К 1939 г. ситуация  практически не изменилась. Как признавал впоследствии первый секретарь Орского горкома ВКП(б) А.М. Кутырёв, «в предвоенные годы между развитием промышленности Орска  и жилищно-коммунальным строительством был разрыв <…> Город отстал от промышленности»6.

Взрослым предоставляли рабочие места на предприятиях города, дети учились в советских школах, а самые маленькие были устроены  в детские сады. На сайте «Большой русский альбом» размещена фотография «Папин детский сад». К ней Ириной  Николаевой сделана следующая подпись: «Папин детский сад, посёлок Локомотивстрой города Орска (Чкаловской) Оренбургской области, 1938. На этой фотографии, если приглядеться, очень много смуглых малышей - это еврейские дети, появившееся в Орске перед войной, после присоединения Западной Украины и Западной Белоруссии к СССР»7. Правда, датировка снимка неправильная. Учитывая, что дети могли появиться в Орске не ранее октября 1939 г., а  отец И. Николаевой с сентября 1941 г. стал учиться в школе, этот снимок можно датировать летом 1940 г. или июнем 1941 г.

После начала Великой Отечественной войны поток беженцев увеличился. Начиная с  июля 1941 г. в Орск прибывают бывшие польские граждане, эвакуированные из прифронтовой зоны. Среди них – уроженец г. Радом Ф. Рутман, вывезенный из Киевской области с матерью, братом  и сёстрами. С 31 июля 1941 г. он принят слесарем на мясокомбинат, а с 1943 г.  работал на Южуралникелькомбинате8. Их соседка по коммунальной квартире А.Д. Шевцова вспоминала через многие десятилетия, что семья Рутман, состоявшая из 6 взрослых и 1 ребёнка, занимала одну комнату. Взрослые работали на различных предприятиях. В памяти соседки они остались трудолюбивыми, доброжелательными и гостеприимными людьми9.

После принятия Указа Верховного Совета СССР «О предоставлении амнистии польским гражданам, содержащимся в заключении на территории СССР» от 12 августа 1941 г. началось их освобождение из мест заключения и ссылки. Среди тех, кто прибыл в это время в Орск – упоминавшийся выше М. Гебер. Притоку  в Чкаловскую область способствовало и начавшееся в августе 1941 г. формирование в Бузулукском и Тоцком районах  польской армии под командованием В. Андерса. К лету 1942 г. численность польских войск в СССР превысила 75 тыс. человек. После того, как эмигрантское правительство заявило об отказе использовать эту армию на советско-германском фронте,  она была эвакуирована в Иран. Не попавшие в неё расселялись по всей области, в том числе и в Орске. Распределением по районам области занимался отдел хозустройства эваконаселения при областном исполкоме. По его данным, только за период с апреля по сентябрь 1942 г. отдел направил на трудоустройство в различные районы области 1378 польских граждан, в том числе в Орск -  48 человек10. Одним из них был Я. Делеглевич, направленный работать на швейную фабрику.

6 мая 1943 г. Государственный комитет обороны СССР  принял постановление о формировании в Советском Союзе 1-й польской пехотной дивизии. Мобилизация польских граждан в Орске началась 27 мая, ещё до принятия соответствующего  Указа Президиума Верховного Совета СССР, который последовал 26 июня. Среди призванных оказались  работники никелькомбината, имеющие освобождение от военной службы. Директор предприятия пытался протестовать, подключив к этому заместителя наркома цветной металлургии, но безуспешно. По Алфавитным книгам военнообязанных, призванных в армию Орским городским военкоматом, выявлено 2 команды, сформированные в 1943 – начале 1944 гг. для пополнения польских воинских частей. Общая численность этих команд составила 159 человек11. Впрочем, по документам городского военкомата невозможно установить точное число попавших в польские части из Орска. Областной военкомат мог  перенаправить некоторых призывников в советские подразделения. Известно, например, что призывники из ещё одной, третьей,  команды попали как в советские, так и в польские части. Ушёл в армию  отец Е.Кантор, а также М. Гебер. В Книге памяти погибших в Великой Отечественной войне, изданной в Орске в 1995 г., увековечены не менее 17 уроженцев Польши, призванных Орским военкоматом, в том числе  – в польские части. Среди последних – Станислав Иоллес из-под  Львова, Юзеф Пинчевский из Варшавы, Леон Поплавский из г. Породув Белостокского воеводства12.

В сентябре 1943 г. в городе было создано местное отделение общественно-политической организации «Союз польских патриотов в СССР». Городская газета «Орский рабочий» сообщала об этом событии так: «9 сентября состоялось общегородское собрание поляков, проживающих и работающих на предприятиях г. Орска. На основании постановления съезда Союза польских патриотов в СССР и решения Главного правления союза, поляки, проживающие в гор. Орске, образовали местную организацию союза польских патриотов. Приступил к работе временный городской комитет союза польских патриотов в СССР. Выступивший на собрании председатель временного комитета Кринский13 ознакомил присутствующих со стоящими перед местной организацией задачами в области оказания материальной помощи нуждающимся полякам, семьям ушедших в польское соединение, организованное на территории СССР, а также в области организации польских школ и сети дошкольных детских учреждений. Тов. Кринский призвал всех поляков сплотиться вокруг союза польских патриотов, своей примерной стахановской работой на советских предприятиях помочь выковывать победу над общим врагом советского и польского народов – немецко-фашистскими варварами. <…> Собрание избрало бытовую комиссию для практической работы по оказанию помощи нуждающимся полякам …»14. Газета ещё несколько раз на протяжении 1943 – 1944 гг. публиковала сообщения о деятельности орской организации Союза польских патриотов. В номере за 26 ноября 1943 г. сообщалось о состоявшемся 23 числа митинге, посвящённом награждению военнослужащих 1-й Польской дивизии им. Т. Костюшко орденами и медалями СССР15. В номере за 1 апреля 1944 г.  помещена заметка  о торжественном заседании местной организации Союза, посвящённом 150-летию восстания под руководством Т.Костюшко16. А 19 апреля 1944 г. газета известила, что «польские патриоты, проживающие в нашем городе, внесли на строительство танковой колонны «Мститель за Катынь» 31500 рублей»17.

1 сентября 1944 г.  в Орске была открыта польская начальная школа. Она размещалась в двух классах  русской школы в посёлке ТЭЦ (здание не сохранилось). Преподаванием занимались заведующая школой Дзисель (Софья) Урисон и учительница Согрия (Софья) Перец18. При организации школы предполагалось, что в ней будет учиться 91 человек19. Однако, в реальности в ней занималось в разное время от 32 до 48 учеников, причём подавляющее большинство были евреи. Остальные  дети польских граждан продолжали учёбу в советских школах. Одна из причин этого – большие расстояния от дома до школы: некоторым ученикам приходилось пешком преодолевать более 13 км. В школе преподавали следующие предметы: польский и русский язык, арифметику, географию СССР, географию Польши, естествознание, а также историю СССР и историю Польши. В отчёте инспектору польских школ Чкаловской области о работе орской школы за 1 четверть 1944 г. её директор Д.(С.) Урисон сообщала: «Ввиду недостатка помещения интерната при школе нет. Классы объединены: 1 – 3, 2 – 4 учатся вместе, в одном классе.  <…> У учеников мало учебников  <…> что же касается тетрадей – мы раздобыли по 2,5 тетради на ученика, что в наших условиях является недостаточным.  <…> Утром ученики получают завтрак из двух блюд, а после уроков – обед из двух блюд. В целом сыты, веселы, любят школу и ходят в неё охотно, несмотря на дальние расстояния. Посещаемость хорошая. Дети плохо одеты – не хватает обуви и верхней одежды»20. Завершается отчёт просьбой прислать продукты и обеспечить детей обувью, верхней одеждой на зиму. О своей деятельности школа отчитывалась не только инспектору польских школ Чкаловской области, но и городскому отделу народного образования при исполкоме горсовета21.

Прибывшие в Орск польские граждане, особенно те из них, кто приехал осенью 1941 – зимой 1942 гг., оказались в труднейшем материальном положении: люди оказывались без одежды, обуви, без средств к существованию. Осложняли положение непривычный климат, незнание или плохое знание русского языка. Если говорить об источниках существования польских граждан в Орске, то, как и у всех горожан,  важной составляющей были продуктовые и промтоварные карточки, наполнение которых зависело от места работы. Работающие на военных заводах и приравненных к ним предприятиях (например, на Никелькомбинате) имели право на получение максимального пайка. Но и он не обеспечивал сытой жизни. Одним из средств решения проблемы выживания  в условиях нехватки продовольствия было выращивание овощей на индивидуальных огородах. Власти поощряли занятие огородничеством. Так, в отчёте заместителя председателя горисполкома Сухолитко 4 июля 1943 г. сообщалось о помощи эвакуированному населению: «Почти 95 – 100% получило земли для огородов, семена, сельскохозяйственный инвентарь, и была произведена вспашка земли. Не получили землю под огороды, кто не хотел её обрабатывать»22. Для тех, у кого не было возможности заниматься огородничеством, был ещё один  способ – обменивать на рынке свои вещи,  если они, конечно, были. Определённую роль в организации снабжения польских граждан сыграли базы Управления особого торга в составе Наркомата торговли СССР, созданные  в 1943 г. Чкаловская база за время своего существования с 1 июля 1943 г.  по 1 июня 1946 г. распределила товаров на 3 млн. 983 тыс. рублей в закреплённых за ней областях: Кубышевской, Актюбинской, Кзыл-Ординской, Ульяновской, Гурьевской, Западно-Казахстанской (Уральской) и Чкаловской23. Кроме того, выходцы из Польши обеспечивались дополнительным снабжением за счёт поступавших  из-за границы благотворительных грузов. Их распределением занимался Союз польских патриотов.  В Орском филиале Госархива Оренбургской области, в фонде городского отдела народного образования, сохранился документ «Сведения на учителей и техработников польской школы г. Орска». На обратной стороне документа - список получивших материальную помощь. Сохранилась только последняя часть списка, из которой видно, что большинство из 47 человек  – это дети 1931 – 1944 годов рождения и четверо  взрослых. Напротив некоторых фамилий пометки «Красная армия», «Отец в Польской армии»24. Каждому была передана одна вещь: это либо обувь, либо свитер или чулки, гетры и т.п. Источник помощи по документу определить невозможно.

6 июля 1945 г. было подписано советско-польское соглашение «Об обмене населением», предусматривающее возвращение на родину польских граждан. В течение января – февраля 1946 г. в Чкаловской области составлялись различные документы, связанные с подготовкой к отъезду.  В списке на выдачу промтоваров для репатриантов зафиксировано, что  в Орске в начале 1946 г. проживало 870 польских граждан25. Это вторая по численности группа в области после Чкалова. В справке, датированной 20 февраля 1946 г., в Орске учтено 728 человек, получивших разрешение на выезд, в том числе 534 взрослых, 137 детей в возрасте до 14 лет и 57 подростков 14 – 18 лет26. Не все желающие уехать в Польшу смогли это сделать. В списке граждан, которым было отказано в выезде, - 6 человек, проживавших в годы войны в Орске. В то же время 11 человек отказались получить эвакоудостоверения27. Репатриация была осуществлена в марте - апреле 1946 г. Именно тогда в приказах на увольнение с  предприятий появляются формулировки «ввиду выезда в Польшу», либо «согласно постановления Советско-Польского соглашения»28. По воспоминаниям А.Д. Шевцовой, уезжающим выделили состав грузовых вагонов. Поляки оборудовали их полатями, поставили печки-буржуйки. Анна Дмитриевна ходила на станцию Никель прощаться со своими соседями. В апреле 1946 г. польские граждане выехали на Родину.

В Орском краеведческом музее хранится городская Книга почёта за 1943 – 1949 гг. Одна из её страниц представляет собой письмо комитета по репатриации от 25 марта 1946 г., в котором говорится: «Просим передать согражданам Орска наш братский привет и пожелания всего наилучшего. Прилагая при сём 50 тысяч рублей облигациями Государственных займов, просим принять эту сумму в фонд помощи семьям фронтовиков г. Орска, отдавших жизни за вашу и нашу Родину. Вернувшись на Родину, мы всегда и везде будем крепить дружбу польского и советского народов»28.

Примечания:

1  Научный архив Орского краеведческого музея (ОКМ). Р. 13. Д. 44. Запись интервью Е.М. Кантор (Кончаковой).

2 Научный архив ОКМ. Р. 13. Д. 44. Копия письма М. Лахав (Гебер) в Орский еврейский культурный центр «Лев Хам».

3 От областной комиссии по реабилитации // Орский рабочий. 1990. 25 сентября. С. 2.

4 Отчёт о деятельности Оренбургского губисполкома за 1925 – 1926 гг. Оренбург, 1927. С. 3 – 4; Орский филиал Государственного архива Оренбургской области (ОФ ГАОО). Ф.Р-16. Оп. 1. Д. 7. Л. 2.

5 ГАОО. Ф.Р-846. Оп. 2 . Д. 18. Л. 87. Краткий экономический обзор Орска и его окрестностей за 1935 – 1936 гг.

6 ОФ ГАОО. Ф.Р-1. Оп. 1.Д. 178. Л. 4.

7 http://rusalbom.ru/photo/default/22041

8 ОФ ГАОО. Ф. 104. Оп. 1лс. Д. 8. Л. 106; Архив отдела кадров ОАО «Южуралникелькомбинат». Фонд личных дел. Д. 405. Ст. 87.

9 Научный архив ОКМ. Р. 13. Д. 44. Запись интервью А.Д. Шевцовой.

10 Место эвакуации – Чкаловская область. /Под общей ред. С.М. Муромцевой. Оренбург, 2010. С. 78.

11 Архив отдела военного комиссариата Оренбургской области по г. Орск. Д.111. Т. 1 – 3. Алфавитные книги военнообязанных, призванных в Советскую Армию в 1941 – 1943 гг. В 3 томах; Д. 111. Т.4. Алфавитная книга военнообязанных, призванных в Советскую Армию в 1944 г.

12  Книга памяти. Орск, 1995. С. 152,285, 293.

13 В других газетных сообщениях его фамилия пишется как «Крынский».

14 На общегородском собрании польских патриотов. // Орский рабочий. 1943. 14 сентября (№181). С. 2.

15 Козлов Г. Митинг польских патриотов. // Орский рабочий. 1943. 26 ноября. С. 2.

16 150-летие польского национально-освободительного восстания под руководством Тадеуша Костюшко. // Орский рабочий. 1944. 1 апреля. С.2.

17 Орский рабочий. 1944. 19 апреля. С.2.

18 ГАОО. Ф. 1829. Оп. 3. Д. 30. Л. 49. Перевод с польского яз. Автор искренне благодарна  председателю правления Оренбургского областного культурно-просветительного центра «Червонэ Маки» В.Я. Селивановской  за предоставленные ксерокопии документов по польской школе и репатриации польских граждан, выявленные ею в ГАОО.

19 Место эвакуации – Чкаловская область. С.80.

20 ГАОО. Ф. 1829. Оп. 3. Д. 30. Л. 49. Перевод с польского яз.

21 ОФ ГАОО. Ф. 25. Оп. 1. Д. 83. Лл. 19, 36, 113, 137.

22 ОФ ГАОО. Ф. Р-1. Оп. 1. Д. 188. Л. 25.

23 Дьяконова Н.Ю. Поляки в Чкаловской области (1939 – 1946 гг.). // Оренбуржье и Польша: проблемы истории и культуры. Сборник материалов областной научной конференции. Оренбург, 1996. С.61.

24 ОФ ГАОО, Ф. 25. Оп. 2. Д. 120. Л. 36об.

25 ГАОО. Ф. Р-1014. Оп. 3. Д. 175. Л. 122.

26 ГАОО. Ф. Р-1014. Оп. 3. Д. 175. Л. 89.

27 ГАОО. Ф. Р-1014. Оп. 3. Д. 175. Лл.43-44, 46-47.

28 ОФ ГАОО. Ф. 104. Оп. 2лс. Д. 21. Лл. 88об, 115.

29 Фонд ОКМ ИК 877.

Иллюстрации:

1. Фото. Парад польской части перед отправкой на фронт. СССР, 1944 г. Фонд ОКМ. ИК 877.

2. Фото. Группа детского сада Локомотивстроя г. Орска.

3. Вырезка из газеты «Орский рабочий» за 14 сентября 1943 г.

4. Страница Книги памяти.

 

Автор:

Нижник Елена Васильевна